Отправить в FacebookОтправить в TwitterОтправить в Vkcom

 

***

Оглядываясь назад, можно оценить, как были заложены основы их философии управления в мрачных «Мидлсбро» и «Хартлипуле», как укрепились в «Дерби» и наконец достигли своего пика в «Ноттингеме». Безошибочно прослеживаются характер оценки команд и игроков, мёртвая хватка в отношениях с советом и директоров, а также гениально созданное паблисити. Стиль и метод работы Клафа и Тейлора в «Хартлипуле» в 1965 году были точно такими же, что и четырнадцать лет спустя, когда Клаф с Тейлором на мюнхенском «Олимпиаштадионе» наблюдали за победой «Форест» в финале Кубке чемпионов.

В основе всего была простота, ведь в те времена игра сама по себе была проще, гораздо менее изощрённой тактически. Потому-то они руководили аутсайдером Четвёртого дивизиона «Хартлипулом» точно так же, что и чемпионскими «Дерби» и «Ноттингемом».

Клаф изложил мне, как они работали. Командные установки были кратки и незатейливы. Никаких толстых досье на соперника, никаких классных досок («нудных досок», как называл их Клаф), никаких диаграмм, никаких переживаний по поводу вероятной тактики другой команды. Тем, кто умеет отбирать мяч, давалось указание выигрывать борьбу и отдавать пас «тому, кто умеет играть», «потому что в этом и заключается твоя работа». Всё объяснялось так, словно Клаф и Тейлор учат азбучным истинам. В команде всегда был «хребет»: лучшие из имеющихся вратарь, центральный защитник и центральный нападающий. Ни за что на свете не допускалось просто выбивать мяч – всегда следовало пасовать аккуратно, без суеты, «линейно» и чисто. Они были одержимы клин-шитами, повторяя это словно мантру. Команда должна быть дисциплинирована. «Если кто-то заработает предупреждение, как только он окажется поблизости от меня, тут же получит под зад», – грозился Клаф. Ему нужны были не хулиганы, а те, кто способны выигрывать мяч настолько свирепо, чтобы никто не мог к ним приблизиться все девяносто минут.

В «Хартлипуле», а после и в «Дерби» Клаф и Тейлор методично приступали к задаче перестройки. Мегафонный подход Клафа к публичности сопровождался умением Тейлора бесшумно собирать информацию: наблюдение за причудами и привычками игроков, скаутинг, своевременные рекомендации насчёт того, кого можно купить, а кого следует продать. Для Тейлора это был вопрос объединения здравого смысла с психологией, чтобы судить о настрое человека или о конкретной ситуации и предсказать, что произойдёт дальше. В зависимости от необходимости, футболисты либо подбадривались, либо получали нагоняй. «Некоторых мы провоцировали, других поддерживали – всё делалось по инстинктивному плану», – признался мне Клаф. Но чаще всего Клаф делал то, чего меньше всего от него ждали. Если игрок считал, что его похвалят, следовала выволочка. Если он ждал выговора, Клаф слал его супруге шоколадные конфеты и букет цветов.

Партнёрство основывалось на надобности и доверии. Ключевым фактором было то, что Тейлор мог сказать – и постоянно этим пользовался, – когда Клаф был неправ, когда он был близок к тому, чтобы переступить к черту или же рисковал выставить себя в невыгодном свете. Я не сомневаюсь, будь Тейлор в «Лидсе», он бы быстро уловил суть происходящего и Клаф не метался бы как новичок, попадаясь в расставленные им же капканы. Я убеждён, будь Тейлор рядом с ним в последнем сезоне с «Форест», когда Клаф был испорчен пьянством, а его суждения были путаны, он бы убедил Брайана уйти на покой прежде, чем это стало неизбежно.

«Пит, – говорил Клаф, – был единственным, кто мог положить руку мне на плечо и сказать – открыто, как друг другу, – что я был неправ, прав или же мне лучше заткнуться и заняться своей работой. Когда я позвонил ему и сказал, что принял «Хартлипул» и не хотел бы он присоединиться, мы почти не общались четыре года. Каждый из нас пошёл своей дорогой, мы вынуждены были заниматься своими делами. Мы были людьми футбола, а здесь, как в цирке, иногда нужно перебираться с места на место, чтобы наскрести на жизнь. Но я знал, что он мне нужен. Я знал, что мы подходили друг другу».

Клаф с Тейлором не были первым тренерским дуэтом в Футбольной Лиге. Мэтт Басби полагался на Джимми Мёрфи, Дон Риви использовал Сида Оуэна в качестве рупора, а бут-рум, комната для чистки обуви в «Ливерпуле», была кабинетом министров при премьере Билле Шенкли. Но Клаф с Тейлором первые публично формализовали статус дуэта и дали ясно понять, кто бы из них не назывался менеджером и тренером/ассистентом, руководят клубом они вдвоём, а не кто-то один.

Тейлор был своего рода защитным слоем для Клафа. Когда «Хартлипул» нанял Клафа, его игровая карьера завершилась, а «Сандерленд», ссылаясь на надуманные финансовые трудности, освободил его с занимаемой должности тренера юношеской команды. «Я был не в лучшей форме», – ему хватило честности признать это. Он был «подавлен» и «в баке осталось не так уж много уверенности».

 

***

В те времена Клаф многого боялся: «прежде всего, – говорил он мне, – провала, клейма неудачника, и я не понимал, как мне справиться с этим». Мы обсуждали наш общий страх. Дело было в ноттингемском аэропорту Восточного Мидленда, мы ждали посадки, а он заметил, как я покупал миниатюрную бутылку джина.

– Не люблю летать, – признался я. – Меня пугают самолёты.

– Мне знакомо это чувство, дружище, – ответил он, показывая на бутылочку. – Дай-ка мне отхлебнуть.

Я был хорошо осведомлён о страхе Клафа перед полётами. Перед посадкой он всегда суетился и нервничал.

Он сел возле меня. «Это не самая страшная штука, не так ли? Достаточно ли у тебя денег, чтобы прокормить жену и детишек. Вот это страшно… и я помню, как…» Именно тогда жизнь Клафа в период между «Сандерлендом» и «Хартлипулом» стала предметом нашего разговора. Это помогло нам отвлечься от мыслей о полёте. Увидев моё волнение из-за необходимости подняться в воздух, он, кажется, сам стал меньше бояться этого. Пытаясь меня успокоить, он успокаивал и себя тоже, и нам обоим стало легче. Хотя и джин помог.

Я вспоминаю об этом потому, что, во многом таким же образом, Тейлор одним своим присутствием успокаивал Клафа. В 1983 году Клафа попросили назвать того, кто оказал на его карьеру наибольшее влияние. «Я сам», – ответил он без колебаний. Это был дерзкий ответ на животрепещущий вопрос. В действительности же он многим обязан двум людям: Алану Брауну (не путать с предшественником Клафа в «Форест», в имени которого две «л») и Харри Стореру.

Сторер был менеджером «Ковентри», когда ворота этой команды защищал Тейлор. Под влиянием Тейлора Клаф стал фанатом Сторера. Клаф любил снова и снова рассказывать две маленькие истории, которые идеально объясняли манеру работы Сторера и то, почему его игроки научились быть готовыми к неожиданному повороту, когда одно его слово было больнее пощёчины.

После одного из матчей Сторер потащил игрока обратно на поле и огорошил его вопросом:

– Где она?

– Кто она? – озадаченно проговорил игрок.

– Та яма, в которой ты просидел все девяносто минут, – рявкнул Сторер. – Должна же она быть где-то.

Сторер как-то разрешил прийти на просмотр стажёру-парикмахеру. После занятия он оттащил парня в сторону и посоветовал ему продать бутсы и купить ещё одни ножницы.

Клаф почерпнул у Сторера мудрые наставления и следовал им, как заповедям Ветхого Завета:

  • Директора ничего не знают о футболе.
  • Директора никогда не скажут тебе спасибо (что бы ты ни сделал для них).
  • Директора по существу ненадёжны, потому не води с ними дружбу.
  • Покупай тех футболистов, у которых есть отвага.

Тейлор тоже многое унаследовал от Сторера. Как и Сторер, он, наблюдая за футболистами, умело распознавал психологические знаки. Он обращал внимание на то, как кто-нибудь ходит, носит сумку, садится на своё место в раздевалке или бросает незначительное замечание. Клаф утверждал, что для Тейлора не было ничего невинного или бессмысленного. Значение имел любой пустяк. Как будто, добавлял Клаф, у него было рентгеновское зрение. «В этом он был великолепен, словно умел читать мысли. Подтолкнёт меня и скажет: «Такого-то следует приободрить. Не видишь, как он сутулится?» Или «Этот тип слишком зарывается. Хорошо бы его одёрнуть чуток». Или даже «Мне кажется, пора дать тому парню выходной». Просто глядя на игроков с расстояния в пятьдесят шагов, он мог определить, кто из них сдрейфит в трудную минуту, а кто – нет».

В Сторере и пригласившем его в «Сандерленд» Алане Брауне Клаф видел менеджеров, которые обходили стороной директоров и, насколько это было возможно, самостоятельно руководили клубом. В этом он подражал им. Особенно глубоким было влияние Брауна. Он был жёстким и неумолимо строгим. У него был свод собственных бескомпромиссных правил, которые контролировали поведение на поле и в раздевалке, и у состава не было выбора, повиноваться им или нет; точно так же Клаф заставил своих футболистов кротко жить и работать по его правилам. Игроки должны были быть опрятно одеты, вежливы и послушны. Короткая стрижка, желательно армейского типа.

Клаф говорил, что на протяжении его тренерской карьеры бывали случаи, когда он «хотел, чтобы Алан Браун был рядом (…) Я получил бы прямой ответ на любой вопрос – и это был бы верный ответ. Я знаю немало менеджеров, которые были настолько любезны, что говорили о том, как я повлиял на них. В таком случае Алан Браун повлиял на меня, и я очень его уважал. К тому же боялся до полусмерти. Никому не хотелось попасть под его раздачу. Первое, что он сказал мне: «Скорее всего, тебе рассказывали, что я редкостная сволочь. Что ж, они правду говорят». Да, он не шутил. Но он был великолепен».

Секрета в управлении клубом нет, утверждал Клаф с таким видом, будто это было очевидно всем. Браун показал ему, что нужно делать. Он заставил игроков первой команды подавать мячи на матчах молодёжного состава. В первый же день пребывания Клафа в «Сандерленде» Браун увидел, что тот у края тренировочного поля болтает с приятелем, и при всех задал ему трёпку, отчитав, словно школьника, пойманного со спичками в кармане. Браун заставил его заваривать чай. То, что Браун практиковал в «Сандерленде», Клаф сделал своим стилем управления. Для него Браун был книгой для тренеров, руководством для менеджеров, каждая страница которого была полна мудрости. По сути, он сделал вещи простыми.

 

Best of analytics

Гари Бёртлз: "Уокеру интересно, что думают о нем на Сити Граунд"

Гари Бёртлз: "Уокеру интересно, что думают о нем на Сити Граунд"
Двухкратный обладатель Кубка европейских чемпионов Гари Бёртлз о перспективах Тайлера Уокера в родном клубе. Второй сезон подряд Тайлер Уокер ...

Кенни Бернс: "Клубу не стоит торопиться продлевать контракт с Лямуши"

Кенни Бернс: "Клубу не стоит торопиться продлевать контракт с Лямуши"
Экс-футболист Ноттингем Форест и колумнист издания Nottingham Post Кенни Бернс считает, что клубу не стоит торопиться с предложением о новом ...

Щепка №24: Апгрейд Ноттингем Форест. Огневой рубеж

Щепка №24: Апгрейд Ноттингем Форест. Огневой рубеж
Номинально, на сегодняшний день Ноттингем Форест имеет более чем внушительную линию атаки - аж 15(!) человек, но ее реальный и ...

Кенни Бернс: "Йейтс напоминает мне молодого Кина"

Кенни Бернс: "Йейтс напоминает мне молодого Кина"
В своей последней колонке Кенни Бернс сравнил Райана Йейтса с молодым Кином и поприветствовал рвение молодого “лесника”, но совсем не ...

PAGES OF HISTORY

История «Ноттингем Форест» Часть 19. Три победы на «Уэмбли». Прелестные цветы (1988-90)

История «Ноттингем Форест»  Часть 19. Три победы на «Уэмбли». Прелестные цветы (1988-90)
Заняв в сезоне 1987/88 третье место, пробившись в полуфинал Кубка Англии, выиграв никому не нужный, но всё-таки трофей и, самое ...

История «Ноттингем Форест» Часть 18. Середняки. «Я вам не финансовый гений» (1984-88)

История «Ноттингем Форест»  Часть 18. Середняки. «Я вам не финансовый гений» (1984-88)
В январе 1985 года исполнилось десять лет с начала работы Брайана Клафа с «Ноттингемом», и к тому моменту он больше ...

Только, чур, не целоваться. 20 лет с Брайаном Клафом. Глава 3. Какая жалость!

Только, чур, не целоваться. 20 лет с Брайаном Клафом. Глава 3. Какая жалость!
Будто слепой, нащупывающий шрифт Брайля, Питер Тейлор пробежался своими толстыми пальцами по внутренней поверхности стола. Молча опустившись на колени, он ...

Только, чур, не целоваться. 20 лет с Брайаном Клафом. Глава 2. Витрина… и товары за стеклом

Только, чур, не целоваться. 20 лет с Брайаном Клафом.  Глава 2. Витрина… и товары за стеклом
Брайан Клаф и Питер Тейлор были связаны узами брака и вели себя как эксцентричная супружеская пара. Такая аналогия может ...