Отправить в FacebookОтправить в TwitterОтправить в Vkcom

***

В пятницу 9 февраля Тревор Фрэнсис подрулил к клубному офису на своём «Ягуаре» в сопровождении разодетой в меха супруги Хелен, а на следующий день он дебютировал в составе «Ноттингема» перед двумя десятками зевак, которые даже не подозревали увидеть на матче третьей команды «Форест» самого дорого футболиста в истории британского футбола. Не ожидал ничего подобного и соперник – третий состав «Ноттс Каунти», укомплектованный школьниками и не проходившим в состав «Сорок» защитником Дэвидом Маквеем, страдавшим жутким похмельем после затянувшегося пятничного загула. Фрэнсис, за пару недель до перехода в «Ноттингем» получивший небольшую травму, мало что помнит о том матче, который прошёл на продуваемой всеми ветрами площадке недалеко от берегов Трента, но соглашается, что «это был более чем странный дебют». Настоящий дебют состоялся 24 февраля, когда Фрэнсис вышел на замену вместо О'Нила в матче с «Бристоль Сити». Как оказалось, Клаф и Тейлор не спешили выводить из состава ради рекордсмена кого-то из пары нападающих Бёртлз – Вудкок, а потому Фрэнсис чаще всего действовал в полузащите на правом фланге, а то и вовсе в её центре.

Конечно же, Фрэнсис нужен был для больших матчей, и у «Ноттингема» их снова было достаточно. Только вот игрок стоимостью один миллион фунтов во время таких событий превращался в кого-то вроде мальчика на побегушках. «В перерыве матча с «Грассхоппером» я решил налить себе чайку, но Клаф, увидев это, разорался: «Пусть это делает тот, кому нечем заняться. Тревор, твой выход»», – вспоминал Кенни Бёрнс. Фрэнсису оставалось повторить то, что он сказал, получая награду лучшему игроку Мидленда 1977 года, в ответ на замечание Клафа достать руки из карманов: «Да, сэр».

Фрэнсис был заигран за «Бирмингем» в кубковых турнирах. Из Кубка Англии «Ноттингем» выбыл вскоре после его подписания, дома уступив в Пятом раунде «Арсеналу» 0:1 (с начала прошлого сезона это было уже третье поражение в пяти матчах с «Канонирами»), а вот в Кубке Лиги команду ждал второй подряд финал. 

В автобусе по пути в гостиницу Клафу не понравилась тишина. Команда просто сидела и молчала, что могло быть свидетельством либо чрезмерного волнения, либо неуместного безразличия. О чём бы это ни свидетельствовало, менеджер понимал, что до добра оно не приведёт. Потому вместо отбоя Клаф объявил всеобщий сбор в гостиной отеля, куда следом за футболистами вошли официанты с дюжиной бутылок шампанского и ещё бо́льшим набором пива. «Никто не уйдёт спать, пока эти запасы не опустеют», – объявил Клаф, после чего принялся вместе с Тейлором развлекать игроков байками времён их работы в «Хартлипулс». «Кто-то налегал на шампанское, кто-то предпочитал пиво, некоторые вообще не пили – я следил лишь за тем, чтобы все мы были вместе и чтобы все расслабились», – вспоминал позже Брайан.

К завтраку спустились далеко на все, многие мучились похмельем, а Бёртлз обнаружил болезненные ссадины на коленях – после часа ночи поднимаясь в номер, он споткнулся на лестнице, а остаток пути, как оказалось, с большим трудом преодолел на четвереньках.

За десять дней до финала Клаф использовал другой метод работы с коллективом. Ему очень не понравилось то, как команда отыграла первый тайм четвертьфинала Кубка чемпионов с «Грассхоппером». Тейлор был очень серьёзен, предупреждая об опасности недооценки соперника, но общее настроение выразил Арчи Геммилл: «Эй, мы «Ноттингем Форест», мы чемпионы Англии и победители могучего «Ливерпуля», а они… Кто они вообще такие?» «Они» выбили «Реал», а их нападающий Клаудио Сульсер забил девять мячей в четырёх матчах Кубка чемпионов, в том числе все три в поединках с Королевским клубом. Хорош был и второй форвард – шустрый Раймондо Понте, которого пару лет спустя «Ноттингем» даже подпишет. В общем, Сульсер открыл счёт уже на 11-й минуте, а «Форест» только к перерыву отыгрались, а во втором тайме забили ещё три мяча – 4:1. Но вместо привычного выходного Клаф на следующее утро устроил команде встречу с болельщиками – в одной из местных шахт. «Мы спускались всё ниже и ниже в железной клетке, а затем ползли на корточках по забою, чтобы поблагодарить шахтёров за их поддержку», – рассказывал капитан команды Макговерн.

Недоволен был Клаф и первым таймом финала на «Уэмбли». «Саутгемптон» играл отлично, особенно хорош был опытнейший Алан Болл, для которого главный стадион Англии давно превратился в родной дом. Кроме всего прочего, Болл не скрывал своего отношения к Клафу и при каждом удобном случае пытался подчеркнуть это. В его глазах Брайан был «зацикленным на себе диктатором» и «переоценённым менеджером», и когда с его передачи левый защитник Дэвид Пич открыл счёт на 16-й минуте, Болл с демонстративным ликованием пробежал возле тренерской скамьи «Форест». 

В перерыве слово взял «зацикленный на себе диктатор» и «переоценённый менеджер»:

«Не смейте оправдывать свою бездушную игру похмельем. Вы должны помнить, что с трибун на вас смотрят ваши родные и ваши болельщики. Просто заберите наконец мяч и начните играть в пас» - заявил Клаф.

 

«Преображение было удивительным», – констатирует Даниэл Тейлор. Забрав мяч, «Лесники» нащупали свою игру, поймали ритм и уже не останавливались. Теперь им не мешали ни тяжёлое похмелье, ни тяжёлое поле (та зима в Англии выдалась долгой и холодной, ещё за несколько дней до матча газон «Уэмбли» был укрыт снегом). Бёртлз, невзирая на разбитые колени, сделал дубль, ещё два его гола арбитр Питер Ривз отменил из-за спорных офсайдов, а в одном из эпизодов оформить хет-трик помешал защитник, выбивший мяч с линии ворот. Отличился и Вудкок, воспользовавшись гениальной передачей Геммилла, а «Саутгемптон» лишь незадолго до финального свистка сократил счёт, чудом избежав разгрома. 3:2, и «Ноттингем» стал первым клубом в истории Кубка Лиги, который выиграл этот турнир второй сезон подряд.

 

Клаф упивался триумфом и чувствовал себя на вершине футбольного мира. Он делал всё, что хотел, и возразить ему тогда не мог даже властный секретарь Футбольной Лиги Алан Хардакер, которого за глаза часто называли Калигулой. Перед матчем Клаф хотел вывести команду вместе с Тейлором, но получил отказ и тогда просто предоставил это право ассистенту. После финального свистка он потащил в королевскую ложу на церемонию награждения менеджера «Саутгемптона» Лори Макменеми – до того момента тренерам по священным 39-ти ступенькам «Уэмбли» путь был заказан. Хардакер сделал вид, что именно так и было запланировано, вручив Клафу с Макменеми пустые коробки от медалей.

Кубок же Лиги Клаф забрал домой, водрузил его на телевизор, взял себе порцию картошки с рыбой и стал смотреть выпуск вечерних новостей – там опять говорили об его команде.

 

***

Четыре дня спустя «Ноттингем» оформил выход в полуфинал Кубка чемпионов, сыграв 1:1 на поле «Грассхоппера». Шилтон свидетельствует, что, невзирая на плотный график, команда сумела как следует отпраздновать завоевание Кубка Лиги. В чемпионате «Форест» шли ровно, но «Ливерпуль» никого не подпускал к себе на достаточно близкое расстояние, что только усиливало ожидания от полуфинала Кубка чемпионов.

На этот раз «Ноттингем» получил в соперники худший из возможных вариантов – «Кёльн», сделавший в сезоне 1977/78 «золотой дубль» и после вылета «Ливерпуля» считавшийся у букмекеров главным фаворитом турнира. Ворота этой команды защищал Тони Шумахер – как уже тогда было понятно, наследник легендарного Зеппа Майера. Оборону составляли защитники сборной ФРГ Бернхард Кульманн (чемпион мира 1974 года), Герберт Циммерманн и Харальд Конопка. В полузащите действовали ещё один победитель ЧМ-1974 Хайнц Флоэ и молодой талант Бернд Шустер. В атаке играл отличный бомбардир Дитер Мюллер, который был способен забивать за матч по шесть раз. Бельгиец Роже ван Гол был немецким вариантом Тревора Фрэнсиса – первым, за кого клуб Бундеслиги заплатил один миллион марок. Тренировал эту команду Хеннес Вайсвайлер, сделавший «Боруссию» (Мёнхенгладбах) одной из сильнейших не только в Западной Германии, а затем работавший с «Барселоной». Словом, матчи с представителем ФРГ можно было смело назвать преждевременным финалом, тем более что вторую пару составили австрийская «Аустрия» и шведский «Мальмё» под руководством 32-летнего англичанина Бобби Хафтона, который во второй половине девяностых войдёт в тренерский штаб «Ноттингема» в качестве помощника Дэйва Бассетта.

«Больше всего на свете мне нравилось драть немцев в еврокубках», – вспоминал впоследствии Клаф. От него, как от представителя поколения, пережившего войну, нельзя было ждать другой реакции, но вот «отодрать» «Кёльн» не получилось. Поединок на «Сити Граунд» стал украшением не только сезона, но и одним из лучших матчей в истории этого стадиона. «Это был один из тех вечеров, – не скрывая волнения вспоминал спустя годы О’Нил, – когда ты понимал, что именно чувствовали великие игроки вроде Пушкаша и ди Стефано. Ты теперь знал, что как раз таким и должен быть настоящий футбол. Я уходил с поля с мыслью о том, что только что сыграл в настолько атмосферном матче, который только можно вообразить». Дэвид Лейси в репортаже для «TheGuardian» поделился похожими ощущениями, назвав поединок «душераздирающим» от эмоций и «по-настоящему особенным».

К 20-й минуте «Ноттингем» проигрывал со счётом 0:2. Оборона, ослабленная травмой Бёрнса и дисквалификацией Вива Андерсона, а также нетипично неуверенной игрой Шилтона, явно не справлялась с соперником. «Мне кажется, в тот момент мы всей командой посмотрели на Питера Тейлора, пытаясь понять, что за чушь он говорил нам всё это время о «Кёльне»», – поделился О’Нил. 

Дело в том, что Тейлор, так расхваливавший «Грассхоппер» перед четвертьфиналом, теперь не оставил камня на камне ни от игры «Кёльна», ни от отдельных его исполнителей. «Изучая соперника, я пытаюсь понять две вещи: хороши ли они в воздухе и достаточно ли быстры? Ответ на оба вопроса – нет, – говорил тренер. – У них совсем нет скорости и мы их просто уничтожим. Тем более на таком поле». Перед полуфиналом в Ноттингеме два дня почти без остановки шёл проливной дождь и от газона не осталось живого места. «Но состояние поля, кажется, их совсем не волновало – это была самая быстрая команда, с которой нам доводилось встречаться», – и спустя годы невольно поёживается от воспоминаний О’Нил.

Ван Гол открыл счёт на 6-й минуте, а затем помог отличиться Мюллеру. Перед самым перерывом ван Гол снова убежал к воротам, однако мяч после его удара задел штангу и под вздох облегчения стадиона улетел за пределы поля. Это был важнейший момент противостояния, ведь незадолго до этого Бёртлз сократил счёт.

«Ноттингем» отошёл от последствий блицкрига и бросился отыгрываться. Обоюдоострый футбол смотрелся на одном дыхании и «Форест» посредством атак явно обрёл уверенность в себе. «Некоторые наши игроки не смогли бы пробиться в состав «Ливерпуля» или «Арсенала», – писал впоследствии Шилтон, – но мы идеально дополняли друг друга. «Ноттингем Форест» Брайана Клафа был командой в истинном значении этого слова».

 

Одним из таких игроков, кому не нашлось места в так называемом большом клубе, но который «идеально дополнял» товарищей по «Форест», был универсал Иан Бойер. Игрок, которого в своё время жестоко освистывали болельщики «Манчестер Сити», считая недостойным носить футболку их клуба, по мнению Клафа, в «Ноттингеме» был «воплощением профессионала». За 14 сезонов на «Сити Граунд» он сыграл на всех позициях, в том числе вратарской, а в битве с «Кёльном» именно он, «мастер на все руки», как часто называл его один ведущих журналистов того времени Хью Джонс, повёл команду за собой. Удар Бойера в перекладину при счёте 0:2 встряхнул и команду, и болельщиков, а в начале второго тайма он сравнял счёт. 

Но если Бойер стал в том матче мотором команды, то её душой оставался Джон Робертсон. Душа же самого Роббо в тот момент разрывалась на части и рыдала взахлёб. На следующий день должны были состояться похороны его брата Хьюи, который вместе с супругой погиб в автокатастрофе за четыре дня до поединка с «Кёльном». Клаф отправил Робертсона домой, но семья настояла на том, чтобы Джон вышел на поле, «потому что именно этого и хотел бы Хьюи». На 63-й минуте Роббо нетипичным для себя ударом в падении головой вывел «Ноттингем» вперёд. «Помню, как после этого я посмотрел на небо, думая о Хьюи, и мысленно сказал: «Это для тебя, братишка». На мгновение я почувствовал себя наедине со своими мыслями и странным образом этот гол дал мне силы пережить потерю».

В конце матча в составе гостей вышел на замену японец Ясухико Окудера, с чьим дальним ударом на 81-й минуте совершенно неожиданно Шилтон не сумел справиться. «К тому времени поле подсохло, а потому я решил, что мяч подскочит вверх, а вместо этого он прошмыгнул у меня под руками в ворота», – объяснял потом Питер. 

Захватывающий матч завершился вничью 3:3, что для «Ноттингема» означало безрадостную перспективу. Никому в истории Кубка чемпионов не удавалось выйти в финал в ситуации, когда нужно было побеждать в ответном полуфинале на чужом поле. 

Английская пресса ставила на «Форест» крест, хотя, к примеру, Дональд Сондерс в «DailyTelegraph» отмечал, что перспективы команды «определённо лучше, чем они казались» в середине первого тайма, но даже он отдавал место в финале «Кёльне». Однако Клаф был само спокойствие. «Можно подумать, что он после матча был расстроен, что он швырялся чашками с чаем в раздевалке, – рассказывал Бёртлз. – Ничего подобного. Он не распекал нас, он был очень спокоен, сразу же сказав нам: «Вы лучше их. Они считают, что уже вышли в финал, но мы обыграем их». Никакой паники, никакой наигранной театральщины». Затем Клаф вышел к телевизионщикам и в послематчевом интервью Гари Ньюборну спокойно сказал, глядя прямо в камеру: «Надеюсь, никто здесь не настолько глуп, чтобы списывать нас со счетов». Это был гениальный ход мастера психологических войн. «Мы, конечно, видели это интервью, и благодаря ему мы снова поверили в себя», – признавался Макговерн.

Много лет спустя в беседе с журналистом Данканом Хэмилтоном Клаф, однако, признавался, что на самом деле он в тот момент был очень расстроен: команда забила три мяча, а всё равно не победила, откуда, мол, взяться оптимизму. И если бы не Тейлор, не факт, что Брайан сумел бы сделать тот самый гениальный психологический ход. Питер без остановки повторял словно мантру: «Всё, что нам нужно – один гол и клин-шит. Это не такая уж непосильная задача». «Я пытался его урезонить, чтобы он поменьше болтал об этом, – рассказывал Клаф. – Но впоследствии понял, что прав был он, а не я. Нужно было не только вселить уверенность в свою команду, важно было при этом заронить зерно сомнения в души соперников».

 

***

Игроки «Кёльна» в самолёте пили шампанское, поздравляя друг друга с удачным результатом, клуб уже был готов начать печать билетов на финал и уже якобы забронировал номера в отеле Мюнхена, где должен был состояться решающий матч, а местные турфирмы предлагали болельщикам «по самым выгодным ценам прекрасное времяпровождение в столице Баварии». 

За четыре дня до ответного матча «Кёльн» потерпел разгромное поражение в Мюнхене от «Баварии» со счётом 1:5. Неужели зерна сомнения укоренились и проросли?

Тейлор продолжал говорить о том, что «Кёльн» «не тот соперник, которого следует опасаться». Клаф излучал уверенность, что оборона, в составе которой снова есть и Бёрнс, и Андерсон, оставит ворота Шилтона на замке.

 

Тренерский штаб «Ноттингем» выбрал идеальную тактику на матч, а команда великолепно воплотила её на поле. Гости, которым нужна была только победа или же ничья с совсем уж диким счётом вроде 4:4, 5:5 и так далее, не спешили идти вперёд. Они действовали настолько спокойно, что Ллойд, по его воспоминаниям, сделал то, что никогда в жизни не позволял себе раньше: «Мы гнались за мячом вместе с Мюллером, и в подобных ситуациях я либо отдавал пас Шилтону, либо выбивал куда подальше. Вместо этого я перебросил мяч через себя, развернулся и отыграл мяч вперёд. Да, мы настолько были уверены в себе».

А вот игроки «Кёльна» в середине первого тайма стали демонстрировать явные признаки сомнений и неуверенности. «Они не могли понять, что же им делать дальше: атаковать, рискуя пропустить контратаку, или же просто играть на удержание. Перемена в их настроении не ускользнула от нас», – вспоминал О’Нил. 

К середине второго тайма характер игры не изменилась и Барри Дэвис, комментировавший матч для Би-Би-Си, заметил, что «пришло время рискнуть». Вскоре после этого «Ноттингем» заработал угловой, после розыгрыша которого Бойер, воодушевивший команду на отыгрыш в первом матче, переправил мяч в сетку. 

«Кёльн» лихорадочно бросился сравнивать счёт, и в одном из эпизодов, когда мяч вылетел в аут недалеко от Клафа, тот вскочил со своего места, подобрал мяч и быстро подал его немецкому футболисту. «Да, мы настолько были уверены в себе». На последней минуте после удара Конопки мяч летел в угол ворот «Ноттингема», однако Шилтон в великолепном броске напомнил, что привычка ошибаться в двух матчах подряд за ним не водилась.

«Ноттингем» переписал и эту историю, одержав решающую победу в ответном полуфинале Кубка чемпионов на чужом поле.